«Русский мiръ»

…это ничто иное, как попытка российской власти защититься от этого самого «рускаго мира».

Россия сегодня – это замок на песке во время засухи, когда искаженность и извращенность духовных скреп не могут заменить питательной влаги.

Во все нарастающем информационном водовороте, неожиданно поймал себя на мысли о том, что стремление на российском государственном уровне втянуть Украину в «рускай мир» – это ничто иное, как попытка российской власти защититься от этого самого «рускаго мира».

святые, тоталитаризм, агрессия

Ведь если рассмотреть этническую и конфессиональную составляющие «рускаго мира» – подсчитать количество людей, называющих себя «русскими» (кто бы еще из этих самых русских дал определение этому термину) и исповедующими православие (всего лишь одной из более, чем ста ветвей христианства десятки которых и сегодня представлены в России) – то окажется, что даже в России они не составляют ни этническое, ни конфессиональное большинство.

И искать себе сторонников в России, когда уже все многократно завербованы-перевербованы, нет оснований.

Вероятно, в том числе, и страх Кремля перед собственным далеко не русским и не православным народом и вызывает такую агрессию по отношению к Украине, ну, ведь действительно, не среди же, например, таджиков или узбеков искать русского да еще и православного мужика.

миф про бендеровцев

Только вот алгоритм поиска выбран… как бы это помягче сказать-написать… – основанный на ненависти-неприязни-отторжении.

И когда эти ненависть-неприязнь-отторжение сутками льются из российских эфиров – ох, как непросто найти в себе силы разобраться в реальности… Но ведь слава Богу, не 100, а только 87 % россиян поддерживают самоубийственную для России войну, включая санкции.

Вероятно, сразу после резкого падения с олимпа недоимперца-человеконенавистника, именно этим 13 процентам и придется брать в свои руки бразды правления последнего осколка Российской империи и Советского Союза – Российской Федерации.

И для них самой большой проблемой будет проблема населения, населения, которое взращено на алгоритме ненависти-неприязни-отторжения.

Андрей Макаревич: «Ненависть – скверный цемент для скрепления нации: быстро рассыхается и надолго отравляет окружающую среду.

Интересно – в советские времена, когда американцы у нас тоже были виноваты во всех смертных грехах, картина подавалась всё-таки несколько иная: простые американские рабочие представлялись друзьями рабочего класса страны советов, но их нещадно угнетала горстка империалистов, мечтавших развязать ядерную войну.

Сегодня мы слышим исключительно имена политиков – Обама, Керри, Псаки… А что, трудовой американский люд изменил к нам отношение? Что так?»

Для любого здравомыслящего человека очевидно, что непреходящую роль в процессе формирования как индивидуальной, так и массовой идентичности личности, выявления места и роли гражданина как внутри государства, так и места и роли государства в системе международных отношений играет система средств массовой коммуникации (СМК).

В этом контексте принципиально важно «увидеть собственными глазами» как функционирует современная, основанная на лучших западных технологиях российская система СМК.

Андрей Архангельский: В основе путинской идеологии лежит этика отрицания.

Власть не говорит «я – хорошая»; она говорит – «другие ничем не лучше меня».

Когда вы говорите пропагандисту: «Зачем вы врете?» – он отвечает: «А Америка тоже врет».

Или – «а Украина что, не врет, что ли?.. А Европа что – не врет?..».

Заметьте – он не отвечает: «Мы говорим правду». Он отвечает – «НИКТО не говорит правду».

Это фундаментальный цинизм, чекистская психология. Она работает с худшим в человеке. Она верит, что все люди одинаково ничтожны. Неверие ни во что, неверие в человека – вот подлинная сегодняшняя идеология.

А поскольку в России почти все медиа прямо или косвенно контролируются властью, многие журналисты отказались от сотрудничества с официальными медиа. Часть из них уволили еще в 2013 году, часть ушла сама, предпочтя остаться без работы, но не работать в таких условиях. Сегодня раскол между пропагандистами и журналистами –ценностный, мировоззренческий: часть людей верят в то, что говорят – это то самое путинское поколение – они уже не чувствуют разницы между пропагандой и журналистикой.

Государственные медиа уже лет 10 живут в ситуации цензуры и самоцензуры, что очень тяжело для психики, даже если ты смирился с этим: всё невысказанное, вычеркнутое, запрещенное и снятое из эфира – оказывается где-то в глухом углу твоей психики, и там гниет, давит.

Сейчас их начальники открыли один клапан и сказали: по поводу Украины можете не сдерживать себя. И у работников пропагандистских СМИ сейчас эйфория: ИМ КАЖЕТСЯ СВОБОДОЙ – ТО, ЧТО МОЖНОроссийское телевидение

ОТКРЫТО НЕНАВИДЕТЬ…

Сегодня 8 из 10 российских блокбастеров – про войну. Война стала главной темой. Это не могло пройти бесследно: за последние 20 лет не появилось этики мирной жизни.

кругом враги война

Никто не объяснил, ради чего мы сейчас живем. Нет ни одного современного сериала или фильма, в котором человек занимается созидательным трудом, строит бизнес или растит сад.

Война стала мерилом святости, человечности, символом подлинности. Россия, по сути, живет военной этикой – а военная этика нуждается во враге.

И враг всегда находится – внутри или вне страны…»

В перечисленных факторах и кроются и причина, и природа выбора этих самых 87 % россиян, которые даже своим «братьям» жаждут смерти.

российская военщина

И только тот факт, что, пусть и построенная на ненависти-неприязни-отторжении, философия «рускаго мира» основывается на откровенной лжи, а процесс информационной прозрачности российской власти медленно, но уверенно набирает обороты, оставляет надежду самой России быстро встрепенуться после трех пятилеток правления недоимперца-человеконенавистника.

Oleksandr Starish